Неожиданное открытие
В конце 1990-х группа исследователей из Media Lab Массачусетского технологического института (MIT) провела эксперимент, который удивил почти всех. Они сравнили, как дети учатся работать с компьютером: одни с обычным интерфейсом, другие с простым мультяшным персонажем, который реагировал на их действия. Персонаж радовался успехам, проявлял любопытство и, когда что-то шло не так, показывал что-то похожее на досаду.
Дети с персонажем-компаньоном были увлечены сильнее, и на этом дело не закончилось. Они быстрее учились, дольше помнили материал и заметно охотнее брались за трудные задания.
Исследователи назвали этот эффект «социальными строительными лесами» (social scaffolding). С него начались двадцать пять лет исследований о том, почему эмоциональная связь с партнером по учебе, даже если он не человек, так сильно влияет на то, как люди учатся.
Почему эмоциональная связь меняет обучение
На уровне мозга обучение в первую очередь процесс эмоциональный, и только потом познавательный. Гиппокамп, который переводит кратковременную память в долговременную, тесно связан с миндалевидным телом, а оно оценивает, насколько событие эмоционально значимо. То, что запомнилось вместе с яркой эмоцией, держится в памяти гораздо лучше, чем сведения, полученные в спокойной нейтральной обстановке.
Поэтому вы точно помните, где были, когда услышали важную новость, но не вспомните, что ели на завтрак в прошлый вторник.
Когда нам кто-то или что-то небезразлично, все, что с этим связано, запоминается прочнее. Если ребенок чувствует, что его ИИ-питомец на него рассчитывает или что компаньон радуется его успехам вместе с ним, учебные моменты получают эмоциональную метку, и запоминание ускоряется.
Что показывают исследования «парасоциального обучения»
Психологи называют «парасоциальными отношениями» эмоциональную связь, которую люди выстраивают с персонажами (вымышленными, мультипликационными или цифровыми), неспособными ответить взаимностью так, как это бывает в настоящих отношениях. Дети привязываются так к героям мультфильмов, героям книг и все чаще к ИИ-компаньонам.
Исследования парасоциального обучения у детей показали:
- Дети охотнее занимаются учебным материалом, если в нем участвует персонаж, к которому они привязались, чем точно таким же материалом без этого персонажа.
- Обучение с персонажем усиливает внутреннюю мотивацию: ребенку хочется учиться ради отношений с героем и общего пути, и награды отходят на второй план.
- Над трудными заданиями дети бьются дольше, когда чувствуют, что их успех нужен компаньону.
- Сильнее всего эффект в возрасте от 6 до 12 лет. Это как раз тот период развития, когда игра в воображаемое и отождествление себя с персонажем даются детям естественнее всего.
Почему ИИ-компаньоны идут дальше прежних персонажей
Привычные обучающие персонажи, вроде совы Duolingo или героев первых развивающих игр, по сути работали в одну сторону. Они реагировали на два состояния, «получилось» и «не получилось», но не могли подстроиться под путь конкретного ребенка, помнить прошлые занятия или по-настоящему меняться.
ИИ-компаньоны меняют это в корне:
Настоящая память. Компаньон помнит, чем ребенок занимался на прошлой неделе, что ему давалось трудно и что его увлекло. Возникает ощущение непрерывности, и со временем связь крепнет.
Характер, который подстраивается. Когда характер компаньона (любопытство, энтузиазм, манера задавать вопросы) подстраивается под то, что он знает о конкретном ребенке, связь ощущается живее, а учеба становится более личной.
Рост вслед за ребенком. Когда ребенок видит, что у компаньона появляются новые умения прямо благодаря тому, чему научился он сам, его отношение к учебе меняется. Знания, которые он набирает, превращаются в то, что он строит своими руками.
Что это значит при выборе обучающих сервисов
Когда оцениваете образовательную платформу с ИИ-компаньонами или персонажами, смотрите на следующее:
- Непрерывность между занятиями. Помнит ли компаньон прошлое общение? Персонаж, который на каждом занятии начинает с нуля, настоящих отношений построить не может.
- Честный рост. Компаньон развивается так, что это ощущается заслуженным и осмысленным, или прогресс чисто косметический?
- Эмоциональная чуткость. По-разному ли компаньон отвечает ребенку, у которого не получается, и ребенку, у которого все летит? Именно чуткость отличает настоящего компаньона от картинки с улыбкой.
- Никаких манипуляций. Есть большая разница между эмоциональной вовлеченностью, которая помогает учиться, и механиками на тревоге (например, наказанием за прерванную серию дней), которые используют привязанность ребенка, чтобы удержать его на платформе, а учеба при этом страдает.
Наука здесь однозначна: дети учатся лучше, когда им дорог тот, с кем они учатся. Продуманный ИИ-компаньон может дать эту эмоциональную опору сразу множеству детей. Вопрос в том, служат ли решения разработчиков развитию ребенка или только метрикам платформы.